Книга Дикие сердца, страница 124 – Джессика Питерсон

Как будто я могу что-то с этим сделать.

Как будто я могу не влюбляться в нее все сильнее каждый чертов день.

Единственный выход – это уйти самому. Просто взять и уйти. Но я не хочу.

Уходить – это не в моем стиле. Но я не уверен, что оставаться – в ее.

Что, черт возьми, мне делать?

Я задаю себе этот вопрос в тысячный раз, пока помогаю Джону Би и Салли делать прививки скоту в пятницу днем. Очередная корова – в загоне, голова надежно зафиксирована в ошейнике. Салли делает укол в шею, на несколько дюймов позади и ниже уха, быстро и ловко вводит содержимое шприца, похожего на пистолет.

Корова трясет жерди загона, но через секунду-другую успокаивается.

— Хорошая девочка, – воркует Салли.

— Значит, ты даешь всем одинаковую дозу? – спрашивает Молли, глядя на коров, выстроившихся в очередь. – Да, и используешь ту же иглу и пистолет, и все такое?

Салли кивает, глаза сверкают.

— Да, да. Конечно, мы заменим иглу, если она сломается или возникнут проблемы, но смысл в том, – она поднимает это жуткое приспособление, – чтобы упростить процедуру. Меньше игл – меньше шансов, что произойдет несчастный случай. Можно настроить все так, чтобы каждое животное получило одинаковую дозу. Чем быстрее мы с этим разберемся, тем быстрее коровы смогут вернуться к своим делам на пастбище.

Джон Би выпрямляется, осматривая следующую корову.

— Хочешь попробовать, Молли?

Поскольку Молли явно настроена сделать из меня влюбленного дурака, она улыбается и говорит:

— Если ты думаешь, что все в порядке, я была бы рада. Сейчас, пойду вымою руки.

Салли машет ей, когда Молли возвращается от раковины.

— Найти правильное места для укола – это в какой-то мере искусство. Но когда приноровишься, то дело пойдет легче.

Я отпускаю корову и ставлю следующую в ошейник, чтобы голова была зафиксирована между двумя металлическими панелями. Салли показывает Молли, как нащупать правильное, «мягкое» место на шее коровы – подальше от костей и сухожилий.

Вместо того чтобы испугаться, Молли, похоже, в восторге. Она берет пистолет и позволяет Салли показать, как выдержать угол в 45 градусов.

— У тебя отлично получается, – говорит Салли. – Вот здесь. Ты справилась! Вперед, Молли!

Лицо Молли расплывается в огромной улыбке, когда она нажимает на «спусковой крючок» и делает прививку. Корова встряхивается, но затем успокаивается.

Джон Би кивает одобрительно:

— Ты и не дрогнула, Молли. Молодец.

Молли поворачивается ко мне, улыбаясь и протягивая руку.

— Йи-иха-а, народ. Я сделала прививку своей первой корове!

Сердце бьется чуть быстрее, чем нужно, и я даю Молли пять, чего она не ожидает. Не задумываясь, я переплетаю наши пальцы и прижимаю свою ладонь к ее. Ее взгляд смягчается. Я тоже чувствую нежность в груди.

Мы оба покрыты грязью и потом с головы до ног. Но я не уверен, что она когда-либо была прекраснее, чем сейчас. Взволнованная. Гордая.

Как дома.

Это твое место, ковбойша.

Южный Техас у нее в крови. А теперь Молли Лак у меня в крови, и я не могу представить это место без нее.

— Ты молодец, Молли, – мой голос звучит иначе.

Глянув через плечо Молли, я вижу, как Салли и Джон Би быстро отводят взгляды. Они наблюдали за нами. Не могу их винить – мы с моей девочкой устроили настоящее представление.

Я слышу, как вибрирует телефон Молли в заднем кармане. Она игнорирует его.