Книга Академия контролируемой магии, страница 34 – Ольга Арунд

— Ты, Аурелия, вроде умная, но иногда такая бестолочь! – сокрушенно признался он. – Да после того, как мне рассказали, что Дарин тебя в углу зажимал при всем честном народе да руки распускал, куда не следует, я ему сначала уши надрал, потом уборщиком заставил отработать, а после отослал обратно к матери. Не дорос еще, значит, в приличном месте работать! – Николас смотрел расстроенным взглядом. – Но ты-то чего сбежала? Я ведь за тебя отвечаю! Перед Грейс и собственной совестью.

Грейс – мой единственный друг, союзник и по совместительству повар Присли – в свое время пригрела меня и вытащила из того кокона отчаяния, в который я с каждым днем пряталась все больше.

— Я… – Нужные слова никак не находились. – Прости меня, Николас. Я боялась, что ты поверишь Дарину, а не мне. Он ведь тебе племянник, а я так…

— Ох, дуре-о-ха! – с досадой покачал головой Николас. – И вроде понимаю, что никому, кроме себя, ты доверять не привыкла, но все же надеялся, что мы друзья, а не совсем посторонние!

— Друзья тоже бывают разные, – я вздохнула, вспомнив Корсу.

— Значит, это не друзья, – отрезал Николас. – Лучше расскажи-ка мне, какая нужда заставила тебя проведать старика Ника? – Я скривилась, не сумев сдержаться. – Мальчишка Шалинберг допек? – И такой хитрый у него стал прищур, что я нахмурилась.

— А ты откуда знаешь? Об этом что, уже и на кухне сплетничают?

— Так в кухне обычно самые сведущие люди работают, – подмигнул Ник. – Вы же, маги великие, на простых людей свысока смотрите и не замечаете никого, чем мы и пользуемся. Тут слово, там два, и тайн на кухне хранится больше, чем в императорских залах. Даже сам ректор не гнушается по-простому поужинать на кухне!

— Ректор Оллэйстар здесь бывает?

— Бывает, – кивнул он и долил мне пряного отвара, – как засидится опять со своими бумажками до ночи, забудет про ужин, так и приходит, а мне не сложно накормить уставшего человека.

— Допустим, но откуда ты знаешь про Рика?

— Так уж все знают, – пожал плечами Николас, подтвердив мои опасения, – что он на тебя серьезные виды имеет.

— Прямо серьезные? – съязвила я и получила в ответ слишком уж строгий взгляд.

— Не ерничай! Знаю, что всякое у вас бывало. И то, что дурью маялись, изводя друг друга, а еще знаю, что он на бал тебя приглашал по-старинному. – Николас замолчал, а мне жутко захотелось высказать все, что я думаю о той старине. – И что ухаживать пытается, а на зимние каникулы собирается позвать тебя в Изервуд.

— К-куда?!

— В Изервуд, – спокойно повторил Николас, и я слишком поздно осознала, насколько влипла. – Так что твой Шалинберг влюбился, и вряд ли родители его остановят.

— Он не влюбился, он рехнулся! – разом охрипла я.

Несмотря на родовитость, Шалинберги жили не в фамильном замке, а в столице, желая быть ближе к императорскому двору. Вот только все прекрасно знали, что основная причина не в этом, а в Исгарде Шалинберге – дедушке Рика. Присли всегда отзывался о нем презрительно, как о старом, выжившем из ума старике, но только если никто его при этом не слышал.

— Ты уверен, что это не слухи?

— Я похож на болтуна? – недовольно отозвался Николас. – Ты же знаешь, платники могут заказывать ужин прямо в комнаты, и один из моих поварят видел, как Шалинберг писал письмо, в котором было твое имя. И отправил его черным вестником.