Книга Академия контролируемой магии, страница 101 – Ольга Арунд

Неудивительно, что императорский род пытались свергнуть едва ли не раз в десятилетие.

— Вы поразили меня, Аурелия, – вдруг резко переменился Лориан III и обворожительно улыбнулся, – не откажете в танце своему императору?

А предполагался отрицательный ответ?

— Лиерра уже обещала следующий танец мне. – Оллэйстар бесцеремонно перехватил мою ладонь на полпути и, не обращая больше внимания на императора со все еще протянутой рукой, снова повел меня в центр зала.

— Вы рехнулись?! – только и смогла сказать я, когда мы снова встали друг напротив друга. – Это же… – нервно оглянулась. – Вы понимаете, кому отказали?

— Даже больше, чем ты, – развеселился Оллэйстар. Хоть что-то сегодня могло испортить ему настроение? – Или желаешь вернуться в руки императора?

И он так это сказал, словно под руками подразумевалась постель.

— Да что вы себе?.. – В круг вставали пары, а мне хотелось наорать на собственного ректора. Очень хотелось, учитывая, что он забыл, что не бессмертный.

— Хочешь нарваться на допрос? – не меняя тона, спросил Оллэйстар, но выражение глаз стало слишком серьезным для шуток. – Поверь, в этом искусстве ищейки не сравнятся со своим… хозяином.

— И поэтому вы решили отшить императора? – Нервный смешок вырвался помимо воли, но все стало гораздо хуже, когда до моего слуха донеслись первые аккорды. – Да вы издеваетесь! – обреченно выдохнула я и… последовала примеру Оллэйстара, вставая в очень специфическую позицию.

Шаруар – танец, который пришел к нам откуда-то с юга, и на балах его не танцевали. Не то чтобы запретили, просто не хотели отбиваться от возмущений чопорных, чаще просто престарелых дам, которые ни по возрасту, ни по статусу танцевать его уже не могли.

Потому что шаруар – чистое безумие из близости, огня и… да, приличий там маловато.

К моему несчастью и счастью молодых бурго-бергов, в академии с престарелыми дамами всегда было туговато, зато шаруар играли. Не раз и не два за вечер, но мало кто отваживался его танцевать – все же гости на Зимнем балу бывали разные, и не все из них поощряли такие развлечения.

Я оглянулась – в круг встали Рик с Корсой и не только они. А что сразу не в храм?

Фыркнув, я подняла взгляд и окаменела, вспомнив, с кем сама собиралась танцевать.

— Что-то не так? – ровно поинтересовался Оллэйстар.

Можно подумать, я не вижу, как ему весело за мной наблюдать! Шаргхов бал! Внутри разливалось приятное волнение, желудок скручивало от нервов. Этот вечер мне не забыть. Не дадут. И Оллэйстар понимал, что я понимаю. Как и то, что шаруар не танцуют с собственным ректором.

— Все прекрасно, – процедила я сквозь зубы, предчувствуя, что легко не будет.

И вопреки всем разумным аргументам жалея, что движения шаруара знакомы мне лишь постольку-поскольку.

Последний решительный вдох, и я пристегиваю мантию платья к секретному крючку, чтобы не мешала.

Рианы, пусть об этом не узнает Эвилонберг! Потому что меньше всего я хочу оправдываться за то, что мне наверняка понравится.

Одна рука поднимается над головой, вторая заведена за спину – выходить из круга поздно. И шальной азарт, разгорающийся в моей крови, однозначно не самый хороший советчик.

Первый аккорд – шаг навстречу, но я выскальзываю из его рук, чувствуя жжение в том месте, где он коснулся моей спины, и резко разворачиваюсь, протягивая ему ладонь. Резкий звук – и он притягивает меня к своей груди, не отрывая взгляда, и мы делаем шаг – один на двоих.