Книга Подарок, страница 76 – Наталья Буланова

— Тогда я расскажу твоему отцу, как ты вела себя в горах.

Я краснею до корней волос.

— Ты… ты не посмеешь.

— Попробуй испытать меня. — Уголки его губ дрожат от сдерживаемого смеха.

Я выхватываю из его рук пучок зелени и иду к дому, а Егор следует за мной с таким видом, будто он только что выиграл в покер.

* * *

Вечер затягивается. Папа и Валентин Степанович уже на «ты» и спорят, чье вино крепче. Мама достает старые фотоальбомы и показывает Егору мои детские снимки.

— Вот Лера в первом классе хлещет соседа лилиями. А вот на выпускном…

— Мама! — Я пытаюсь выхватить альбом, но Егор ловко перехватывает его.

— Интересно, — говорит он, разглядывая фото, где я в коктейльном платье и с очень неудачным цветом волос — цыплячьим (до сих пор смотреть на фотки с выпускного не могу!).

— А здесь Лере пять лет, — продолжает мама. — Она тогда решила, что будет флористом, и собрала букет из одуванчиков и лука.

Егор смеется, и я замираю с протянутыми за альбомом руками.

— Так вот откуда любовь к цветам! — замечает он и смотрит на меня с нежностью.

Мою грудь словно железным обручем стягивают.

— Может, хватит? — с надеждой смотрю на маму, но она только улыбается мне в ответ.

— Ни за что, — говорит Егор. — Я только начинаю узнавать тебя.

И в его взгляде нет насмешки, только искренний интерес.

«А я начинаю хотеть большего, несмотря на то что у тебя может быть настоящая истинная», — говорю я про себя.

Но если он так говорит, тогда почему хочет увидеться с другой? Я ничего не понимаю! Моя голова скоро взорвется.

* * *

К полуночи папа и Валентин Степанович уже обнимаются и поют какую-то старую песню. Мама улыбается и накрывает их плечи пледом.

— Ложитесь спать, а то завтра от похмелья будете страдать, — говорит она.

— Да мы как огурчики! — Папа хлопает дедушку по плечу.

Телефон Егора звонит, и он уходит на улицу говорить. Его нет минуту, но, когда он заходит, я понимаю, что что-то произошло.

— Нам пора, — говорит он.

— Как это «пора»? — Папа хмурится. — Я же сказал — остаетесь!

— У нас дела, — мягко, но твердо произносит Егор.

— Какие дела ночью?

— Семейные.

Папа задумывается, потом кивает.

— Ну ладно. Но завтра — снова к нам!

— Обязательно, — отвечает Егор.

Я провожаю их до машины. Валентин Степанович уже засыпает на ходу, и Слава помогает ему устроиться на заднем сиденье.

— Завтра в девять утра я за тобой заеду, — говорит Егор тихо. — Будь готова.

— К чему?

— К правде.

Он садится в машину, и они уезжают.

А я остаюсь стоять у ворот, сжав кулаки.

Завтра все решится.

И я не знаю, боюсь ли я этого… или жду.

Егор

— Глава, вас кто-то ищет.

— Кто?

— Представляется Вороном.

Этого имени достаточно, чтобы я почувствовал, как сила приливает к мышцам от ощущения, что я напал на след.

— Где? — только и спрашиваю я.

— У ворот особняка.

Как много сегодня гостей! Что ж, такое я пропустить не могу, надо вернуться.

«Ворон знает путь. Он ведет нас к сердцу Чертовых гор», — часто повторял дедушка последние слова отца.

Я быстро прощаюсь с родителями Леры и сажаю деда в машину. Стоит нам отъехать, как пьяная расслабленность тут же слетает с деда, словно ее и не было.

— Что случилось? — спрашивает он.

— Кажется, наш враг решил показаться.

— Давно пора! Это из-за пленников? Наши поймали кого-то важного?