Книга Сквозь огонь, страница 9 – Евгения Овчинникова

Свекор спрашивал, почему не предупредили, ведь они готовили завтрак только на троих. Я рассказала, что лечу в Гордеев и, скорее всего, задержусь там надолго. Дочка попросила взять ее с собой. Я ответила, что не могу, лечу по делу. Она надулась, но сын спросил, какие подарки я им оттуда привезу, и она мгновенно забыла, что обиделась, и стала просить настоящего живого лосося: она посадит его в ванную и будет кормить. Сын попросил просто машинку. Дочка возразила, что такие глупости можно купить в любом магазине, надо просить что-нибудь такое, чего нет нигде, например шкуру медведя:

— Мама умеет охотиться. Убьет медведя, снимет шкуру и привезет тебе!

Сын испугался и расплакался.

— Фу, плакса, – сказала дочь, слезла с моих коленей и направилась в шалаш.

Сын тут же успокоился и пошел следом за ней. В шалаше включились фонарики и началась возня.

Мы были в доме свекра до вечера. Дети висели на нас до последнего, пока мы не сели в машину, потом махали, когда я выруливала с участка, потом стояли на дороге и опять махали, и я думала, что мы точно хорошие родители.

Не уезжай, не уезжай, не уезжай, останься, останься, останься, зачем тебе это, ты же знаешь, что будет хуже.

Сергей перестал повторять слова, как заезженная пластинка, но вся его фигура и выражение лица просили меня остаться. Я делала вид, что не понимаю.

— Давай тоже поеду, – предложил он в сотый раз.

— Не нужно, – в сотый раз ответила я. – Все улажу и вернусь. Останься с детьми, чтобы не заскучали.

Я поцеловала его и вошла в «зеленый коридор».

Кресла в самолете были отдельные, с телевизором, встроенным в спинку впереди. В бизнесе летели только я и бодрый дедушка. За первые пять минут он предложил мне жвачку, воду и экскурсию по Хабаровску. Я вежливо покивала, взяла жвачку и отвернулась к окну. Стюардесса поднесла соседу бокал шампанского.

— Ваше здоровье, – сказал дедушка.

Я снова вежливо кивнула.

Он выпил шампанское залпом. Самолет начал выруливать на взлетную полосу. Потом меня вдавило в кресло, и земля стала отдаляться – дороги, дома, телефонные столбы и линии электропередач, поля, озера, реки.

— Летите по работе? – Дедушка никак не унимался.

— Да… по работе, – запнувшись, ответила я.

— М-м-м, – покивал он. Уже опьянел от шампанского. – А работаете кем?

— Пишу сценарии для ужастиков.

Он сглотнул, поморгал – не знал, как реагировать.

— И что, страшно получается?

— В основном от того, как ужасно написано и плохо снято, – сказала я дежурную шутку и отвернулась к иллюминатору. К счастью, на этом дедушка перестал меня донимать.

Я всегда беру псевдоним. Коллеги спрашивают, почему я пользуюсь вымышленными именами. Обычно я отвечаю: это интересно – придумывать себе имя. Алиса Амартиросова, Павел Крепышев, Диана Деревянко. На самом деле я прячусь.

В сериалах, согласно требованиям каналов, сильные самостоятельные женщины строят карьеру и борются с судьбой в лице начальника-антагониста. В них добрая библиотекарша воюет с меркантильной подружкой своего сына, которую он намеревается повести под венец, и находит ему правильную невесту, в которую он, само собой, сразу влюбляется. В них честный мент распутывает незамысловатые загадки и ведет диалоги, богато пересыпанные профессиональным жаргоном, таким, каким его представляет обобщенный зритель телеканала. Они кочуют из одного сериала в другой, эти добрые следователи с небритыми лицами и маленькими зарплатами, и преступники всегда получают свое наказание. В них русалки, люди-рыбы и другая подводная нечисть утаскивает в глубину одинокого рыбака. Чудовища вылезают из шкафа или из-под кровати и замирают за спиной, наблюдая. Призраки мертвых подружек приходят во сне и шепчут имя главной героини.