Архив электронных книг – страница 20372

— Всё бывает в первый раз, детка, — ухмыляется он, продолжая издеваться. — Хочешь я заплачу тебе за это? — Ты — грубая скотина, — у меня из глаз тут же льются слёзы. Начинаю задыхаться. Подхватываю свой кардиган с пола, нацепляю на себя и стремлюсь к выходу, но он хватает меня за руку. Смотрит как на ничтожество, да и я смотрю на него так же. — Ты умоляла меня. Нюхала, тащилась, кайфовала и вертелась всю ночь. Это ты так себя вела, а не я, — цедит он сквозь сжатую челюсть. — Я была пьяная! И ты можешь говорить сейчас всё, что хочешь, но я тебе не верю! Я не могла так себя вести с тобой! Ты мне даже не симпатичен! — дёргаюсь, но он продолжает удерживать. А потом резко отпускает, и я буквально вываливаюсь из его комнаты в просторный коридор…

— Детка, ты просто хочешь ощутить, кто здесь хозяин. Я помогу… — шепчет мне этот мерзавец, а я готова расцарапать ему всё лицо. — Знаешь что, братик, катись ты ко всем чертям! — показывая средний палец, разворачиваюсь на месте и совсем не ожидаю, что меня снова грубо дëрнут за руку, придавив при этом к шершавой деревянной стене лицом. Он прижимается сзади и меня парализует. — Нарываешься, сестричка… Впрочем, если так не хватало порки от старшего брата в детстве, я могу обеспечить… Задница огнëм гореть будет, зайчонок… — он шепчет на ухо и отпускает. А у меня по всему телу расходится мелкая дрожь. Как же я ненавижу этого самодовольного засранца…

Я влюбилась в него, когда была ещё сопливой девчонкой. Старший брат лучшего друга моего брата. Между нами были океаны. Семь лет разницы, его девушка, много боли и сомнений. Через два с лишним года мы вновь встретились в другой стране. Случайно, но я ощутила, что всё стало только сильнее. Он не узнал меня даже когда мы целовались, но между нами вспыхнуло такое пламя, что я поняла… Он так и остался для меня единственным. И пусть пройдет вечность, прежде чем мы сможем быть вместе. Но он всё равно станет моим. Руслан Адов, хочу тебя себе…

Уже месяц как у нас с ним разные жизни. Я уехала во Владивосток, а Глеб женится на другой в угоду своему отцу. Думает, что я предала его, думает, что никогда ничего не чувствовала и просто играла, чтобы доносить информацию их врагу, но на самом деле меня просто жестоко подставили двое людей, что до этого в сговоре уничтожили внутренний мир родного брата Глеба — Руслана, убив его любимую и нерожденного сына… Но моя правда никому не оказалась нужна. И сейчас, когда я вынуждена вернуться в Москву в университет, чтобы забрать документы и перевестись в другой ВУЗ, я не знаю, как смогу смотреть Глебу в глаза. Особенно учитывая то, что у меня есть от него ещё один очень важный секрет… Первая книга — "Дерзкие. Будешь должна".

Александр Яровой — мой кошмар наяву. Самый ненавистный человек на всём белом свете. Жалит как пчела, слепит как солнце, заставляет все нервные окончания воспламеняться. Я презираю его с самого первого класса. Когда он облил меня краской прямо на "Золотой осени". И чем взрослее мы становимся, тем ярче ненавидим друг друга... Но вдруг за этой ненавистью кроется что-то ещё? Ленка Доманская — чёртова зазнайка. Девочка-президент. Всего и сразу, разве что не страны. Но уверен, и это ненадолго. Слишком упрямая, излишне наглая и чересчур самонадеянная. Выскочка, заноза в заднице и вечная зубрилка. Что в ней есть такого, чего нет в других? Кажется, что как раз это я и хочу выяснить, раз за разом проверяя границы дозволенного... Книга о родителях Гордея Ярового (26 суток с тобой)

Сводные Это как вообще называется?! После двадцати лет брака повести себя как тупое животное, выгнать маму и привести какую-то шваль в наш дом?! Да ещё и с прицепом?! Не… Я этого так не оставлю, точно. Сестра, значит?! Надеюсь, ты понимаешь, старик, какую ошибку только что совершил… — Громче, хомяк, кричи громче, потому что, если хочешь выйти отсюда живой, лучше постараться… — Думаешь, я боюсь тебя, дорогой сводный братец? Ошибаешься! Не на ту напал! — Ну, давай. Показывай на что способна, раз раскрыла свою поганую варежку, пока я чем-нибудь её не заткнул… Обещаю жаркое противостояние!🔥